11 лжецов [litres] - Роберт Голд

– Пожалуйста, – отвечает она, и я устраиваюсь рядом с ней.

– Что вы здесь делаете? – спрашиваю я.

Она поворачивается ко мне, не поднимая лица из-за воротника.

– Я нахожу это место подходящим для тихих размышлений.

– Не далековато ли ехать за тихими размышлениями?

Я откидываюсь назад, касаясь ее плеча. Она совершенно спокойна.

Бетти поворачивается и смотрит через плечо на кладбище:

– Вчерашний день показал, что дураки всегда плохо кончают.

Видимо, именно отсюда она наблюдала за падением преподобного Уизерса.

Она поворачивается ко мне.

– Моя сестра, Чарли, была дурой, каких поискать. С родственниками так не поступают, – повторяет она фразу, которую я уже слышал от нее в Соузволде. – Должна признаться, иногда она могла составить отличную компанию. Она была забавной, даже приятной, но невероятно тупой. – Она поднимает лицо из воротника. – Моя сестра умерла для меня больше двух десятилетий назад, но несмотря на все, что между нами было, я сочла своим долгом прийти и отдать ей последние почести.

– Думаете, в могиле Анжелы Каш лежит ваша сестра?

– Думаю, что да. Как и вы, Бен, я в этом уверена.

Мы с минуту молчим. Интересно, Бетти во время нашего визита думала о своей сестре?

– Мне жаль, – говорю я.

– Не стоит, но спасибо.

– Вы здесь одна?

– Джефф, наверное, прячется где-то в тени, но я не думаю, что мне стоит вас бояться, не так ли? По крайней мере, в физическом смысле.

Я улыбаюсь.

– У вас была возможность поговорить с отцом Уизерсом перед его…

– Кончиной, – продолжает она, растягивая слово. – Почему вы подумали, что я вернулась в Хадли, чтобы увидеть Уизерса?

– Возможно, вы с ним старые друзья?

– Ни в коем случае.

– Значит, деловое знакомство?

– Викарий по ряду качеств был весьма схож с моей сестрой, за исключением того, что он никогда не был забавным или приятным. Зато он всегда был очень, очень тупым.

– Он направлял вам детей из церковных кружков или, возможно, из детских домов – в основном мальчиков – для переправки наркотиков.

– Это серьезное обвинение, Бен. Надеюсь, вы сможете его обосновать, если когда-нибудь соберетесь это публиковать. Все, что я пыталась сделать, это дать местным жителям хоть немного заработать.

– Вы говорили, что каждое поколение вносит свой вклад в семейный бизнес. Вклад Берти заключается в том, чтобы использовать мальчиков для переправки наркотиков через границы графства. Джек Каш подобрался к вам слишком близко. Мой вывод: кто-то рассказал вам о происходящем, и, к большому неудовольствию Берти, вы вмешались и свернули операцию.

– У вас, как у многих нынешних журналистов, чрезвычайно богатое воображение. Я всегда хотела лишь вести успешный бизнес. Молодых людей я нанимала исключительно для работы на складе и иногда для строительных проектов.

– Включая сына викария?

Бетти сильнее кутается в пальто и втягивает руки в рукава.

– Я уже говорила вам, когда мы впервые встретились: клуб строил Люк. Это на его совести. – Она делает паузу. – Вы говорили с ним?

– Я его не знаю.

– Я не спрашивала, знаете ли вы его, я спрашивала, говорили ли вы с ним.

– Нет, – отвечаю я. – А вы?

– Похоже, его не так-то просто найти. В прошлом, Бен, полиция Хадли уже пыталась обвинить меня и мою семью в преступлениях, которых мы не совершали.

Я поднимаю брови и, кажется, вижу под воротником улыбку Бетти.

– Или в тех, которые они не могли доказать.

– Не уверен, что это одно и то же.

– Разве? – отвечает она. – Могу заверить вас, моя семья была ни при чем. Если, конечно, не считать того факта, что именно мою сестру Джек Каш похоронил в могиле своей жены. Это Люк строил клуб. Думаю, он всем нам задолжал объяснение.

Она выдерживает мой взгляд.

– Я не позволю, чтобы смерть Анжелы Каш повесили на мою семью. И я всегда буду ее защищать.

– Вчера вечером сильно избили пятнадцатилетнего мальчика. Интересно, кто защищает его?

– Насколько я понимаю, он поправится.

– Вы удивительно хорошо осведомлены.

– Хадли всегда занимал и будет занимать особое место в моем сердце, – отвечает она. – Мне жаль его родителей. Могу представить, как сильно они волновались. Мы все хотим для своих детей лучшего – даже я.

– В этом я не сомневаюсь, – говорю я. – Когда мы с Сэмом пришли к вам домой, мы видели, как из дома вылетел Берти.

– Ему еще многому предстоит научиться. Но никому не нравится, когда им на это указывают.

– Он все еще учится?

– Иногда родителям следует устанавливать более строгие границы. Впредь я постараюсь не забывать об этом.

Когда я поднимаюсь, Бетти вытаскивает руки из рукавов. Возможно, подает знак Хорсфилду.

– Кто-то дал вам знать, что Джек Каш подобрался слишком близко, – говорю я, понижая голос. – Теперь головорезы Берти избили Арчи Грейса. Их навел на парня тот же человек?

Бетти разглаживает руками свое пальто.

– Бен, мне бы хотелось, чтобы мы с вами расстались друзьями. Джек Каш тоже задавал много вопросов – сами видите, к чему это привело: ушел с позором на пенсию и спился. И в итоге оказалось, что у него самого скелетов в шкафу больше, чем у всех остальных.

Я наклоняюсь ближе к Бетти:

– В результате нападения на супермаркет остался парализованным офицер полиции. А Арчи Грейс погиб бы прошлой ночью, если бы мы с Дэни не нашли его вовремя.

– Я ведь уже сказала вам, Берти еще многому предстоит научиться.

– Но учить его будете вы, а не полиция, так?

– Родитель готов на все, чтобы защитить своего ребенка. Что заставляет вас считать меня плохой матерью?

Бетти оборачивается в сторону кладбища.

– Уверена, даже Джек Каш сумел убедить себя, что все, что он делал, было ради защиты дочери.

Глава 74

Поздним утром я выхожу на станции Айлворт и заглядываю в кофейню Ballucci. Чашка флэт уайта дает мне необходимый заряд кофеина. Проверяю время на телефоне и быстро направляюсь в близлежащий парк Примроуз-Хилл. Кроме пожилой пары с черным лабрадором, парк пуст. Нахожу скамейку и успеваю съесть половину сэндвича с сыром, когда меня находит Дэни. Она садится рядом.

– Завтрак или обед? – спрашивает она.

– Что-то среднее, – отвечаю я с набитым ртом. – Подумал, что тебе не помешает кофе.

Я передаю Дэни картонный поддон с кофе. Она берет один стаканчик, я – другой. Она обхватывает стаканчик руками, и я смотрю, как она делает первый глоток.

– Как Арчи?

– Стабильно, – отвечает она, вздыхая. – Пока еще ничего не рассказал о случившемся. С ним родители. Мне нельзя долго отсутствовать.

Парк, в котором я назначил Дэни встречу, расположен в пяти минутах ходьбы